Святая Русь (серия блогов)

Лютер прибивает 95 тезисов



13. Почему не было в России подобия Западной Реформации



Не так давно, в прошлом году исполнилось 500 лет с того дня, как в 1517-ом году Мартин Лютер поднял голос против папства и положил начало Протестантской Реформации, охватившей вначале всю Европу, а затем перекинувшуюся за океан. Невозможно переоценить влияние Реформации на мировую историю, экономику, политику, культуру, богословие. Как и всякое значительное событие, Реформация имеет свои светлые и темные стороны. Протестантизм возродил интерес к изучению Священного Писания, сделал Библию самой изучаемой книгой. Но он же, позднее, поставил авторитет Писания под сомнение. В целом Реформация дала миру столь много, что все мы, независимо от того, являемся мы протестантами или нет, чем-то обязаны ей. Протестантизм, безусловно, способствовал движению общества к тем вершинам религиозных, экономических и политических свобод, которые человечество достигло к концу двадцатого века. Всех заслуг Реформации не перечесть.

Однако в наши дни, спустя пять столетий после начала Реформации, протестантизм переживает глубокий кризис. С одной стороны – это ретроградное, центростремительное движение к папству, достигшее своей крайней (пока еще) точка именно в канун пятисотлетия Реформации. С другой стороны – это движение центробежное, движение к секуляризму. И если в законах физической природы эти два вектора движения как-то балансируют друг друга, то религиозное сообщество ими последовательно фрагментируется и разрушается.

Но не о Западной Реформации я хотел бы сегодня поговорить, а о Восточной. Точнее, об ее отсутствии. Иными словами, я хочу попытаться в одной короткой статье ответить на два вопроса: 1. Почему в России не было Реформации? и 2. Произойдет ли Реформация в России?

Для того, чтобы ответить на первый вопрос, давайте посмотрим вначале, что лежит в основе Западноевропейской Реформации. Первоначальная критика (протест) со стороны Лютера была направлена против продажи индульгенций, но включала в себя также критику католического учения о причастии как о пресуществлении, практику безбрачия священников и главенство папы. Лютер призвал к ревизии целого ряда средневековых католических догм, в особенности же тех, которые имели тенденцию преподносить спасение как «заработанное». Главными тезисами Лютера и Германской реформации стали: Sola Scriptura («только Писание»), и Sola fide («только верой»).

Интересно, что значительный вклад в дело Западноевропейской Реформации внесли греческие Православные богословы, эмигрировавшие в Европу после взятия Константинополя турками в 1454-ом году. Именно они, как носители греческого языка, вывели Библию на передний план и помогли очистить ее от ошибок официального латинского перевода – Вульгата. Они во многом и обозначили тот спектр богословских вопросов, глашатаем которых сделался Мартин Лютер.

Теперь давайте кратко коснемся состояния Русской Церкви в сопоставимый исторический период. Реформация в Европе началась с критики вопиющих проблем обозначенных выше. Если мы посмотрим на состояние Русской церкви в тот же период, то мы увидим, что эти проблемы либо вообще у нас не стояли, либо стояли не так остро.

Начнем с вопроса об индульгенциях. В России такого понятия не существовало. Приношения и дары не носили спасительной функции. Далее, Русская Церковь была во всем согласна с Мартином Лютером, объявившим папу Римского антихристом, и отнесшим «царство зверя» к Католической церкви. На Руси так считали еще раньше Лютера. Вопрос о причастии, вероятно под влиянием греческих богословов, как Лютером, так и Русской Православной Церковью решался практически одинаково. Безбрачия духовенства, которое Лютер считал одной из главных ересей, на Руси не существовало. Более того, чтобы сделаться священнослужителем, человек должен был жениться. Исключения делались только для «черного» (или монашествующего) духовенства. Понимание искупления на Руси также было во многом сформировано под влиянием греческих богословов, подчеркивавших преобразование человека, принявшего жертву Христа, под воздействием Божией благодати. Это делалось в противовес католическому пониманию спасения представленного в «юридических» категориях и тяготевшего к спасению по делам. В этом вопросе Русская церковь пошла дальше Лютера, связывавшего спасение с избранием и предопределением.

Добавим еще, что Реформации в Европе способствовали определенные политические условия. Хотя папство претендовало на владычество во всей Европе, на территории Германии, из которой происходил Лютер, власть папства была ограничена, и Лютер мог чувствовать себя достаточно спокойно под защитой германских князей. С другой стороны, в параллельный этому исторический период, Русь уже сделалась централизованным государством, и какая-либо религиозная обособленность отдельных малых княжеств вряд ли была возможна.

Мы можем сделать вывод, что такого широкомасштабного и яркого явления, как Западноевропейская Реформация не было в России по той причине, что основные богословские и практические вопросы, на которые так бурно среагировала Реформация на Западе, либо вовсе не были актуальны для Руси, либо стояли не так остро. Это не означает, однако, что в России не было или нет нужды в изменениях, в Реформации. Такая нужда есть – как для каждого человека в отдельности, так и для всякой организации, включая церковную. Но Русской Реформации свойственна иная динамика и иные выражения. В своей книге «Славянское христианство» я подробно затрагиваю эти вопросы.

Из рассмотренных выше факторов видно, что в России не могла и не может произойти Реформация на Западный манер. А дальше мне хотелось бы задаться другим вопросом, нашим вопросом номер два, а именно: Произойдет ли Реформация в России на какой-то другой манер?

Думаю, что она уже началась. Серьезно? Где? В чем? Раз уж мы используем Западную Реформацию как некий исторический эталон, давайте приложим этот эталон к современной России.

И тут мы замечаем удивительное сходство между нашей нынешней ситуацией и той, в которой нашел себя некогда Мартин Лютер. Начнем с международной и политической обстановке того времени. Германия, в которой и началась Реформация, к тому времени проходила через тяжелые времена. Напомню немного историю. С 962-го года, когда Папа Римский короновал Оттона императором Священной Римской Империи, Германия являлась основой этой империи, которую называют еще Империей немецкой нации.

Основным политическим соперником Германии был Папа Римский. Поколения Римских Пап посвятили больше времени и внимания расшатыванию мощи Германии, чем каким-либо другим приоритетам. Они это делали, естественно, чтобы ослабить соперника через поддержку то Англии, то Испании, то Франции. И расшатали до того, что ко времени Лютера Германия, хотя по прежнему достаточно богатая, практически утратила свое прежнее международное положение. Более того, изнутри Германия оказалась также раздробленной. В выигрыше от всего этого был Рим и Папа.

Говоря о Мартине Лютере, наверное, самое первое, что можно и нужно о нем сказать – это то, что он немец, которого многие (и не без оснований) считают немецким националистом, и который по сути вывел свою страну из сферы влияния того образования, которое он именовал Вавилоном – то есть Римского Папства. Он не ставил себе такую цель. Но поддержка, которую он снискал у немецких князей, свидетельствует о том, что они отдавали себе отчет в том, что выводят страну из сферы Римского (или Вавилонского) влияния.

Далее, глядя на богословие Лютера мы видим, что оно направлено в целом против тех догматов католической церкви, которые являются сугубо католическими и не имеют аналогов в российской религиозной среде. В частности, это учение о непогрешимости Папы и о его претензий на полноту власти над народами и странами, над жизнью этой и грядущей. Эта беда, по счастью, миновала славянское христианство. Но, если глядеть в корень богословия Лютера, то оно, безусловно, созвучно славянскому богословию. И в центре его – учение о покаянии и призыв к богоискательству, то есть к личным отношениям с Богом и Его Словом.

Уже самый первый из 95-ти Тезисов Лютера, озвученных им в тот октябрьский день пятьсот лет назад, гласит:

1. Господь и Учитель наш Иисус Христос, говоря: "Покайтесь...", заповедовал, чтобы вся жизнь верующих была покаянием. Этот тезис должен сделаться и непременно сделается первым тезисом и Русской Реформации. Именно с покаяния, истинного и искреннего, а не ритуального (о чем и пишет Лютер) и надо начинать все великое. Поэтому все громче и громче над Россией клич о покаянии. Даже камни могут однажды возопить.

Далее, на протяжении всех своих Тезисов Мартин Лютер пишет по сути об одном – и позднее он разовьет это в четкое учение – о том, что Папе Римскому нельзя доверять ни в вопросах духовных, ни в вопросах экономических и политических, которые тесно связаны с папской идеологией. Позднее Лютер разработает свое понимание Римо-Католической церкви и Империи как современного ему Вавилона.

Таким образом призывом Лютера к Реформации становится не какая-то спецефическая подборка учений, а призыв покинуть Вавилон. И хотя о физическом падении Рима (Ватикана), этого Вавилона Европы, речь тогда еще не особенно шла, акцент на духовном, моральном падении Вавилона был поставлен сильно и безошибочно.

Впрочем, Германские князья восприняли выход из Вавилона вполне буквально: они вывели страну из сферы экономического, политического и идейного влияния Рима. Вначале это был выход экономический (с запретом продаж индульгенций в Германии), потом богословский (с принятием Лютеранства), а потом и политический (с созданием Шмалькальденской лиги). Развитие протестантского богословия способствовало освобождению от идеологического засилья Рима.

* * *








Содержание:

Яндекс.Метрика